«Детям нельзя было давать много еды»

Ленинградский детский дом№ 48, село Григорцево, Нерехтского района

История ленинградского детского дома № 48 известна по материалам архива школьного краеведческого музея Григорцевской школы Нерехтского района и по воспоминаниям жителей села, которым доводилось общаться с воспитанниками и работниками детского дома. В процессе работы я встречалась с разными людьми и открывала для себя всё новые и новые сведения о жизни эвакуированных из Ленинграда детей.

Из рассказов учителей школы я узнала, что всего в Григорцево в годы войны было эвакуировано около 100 ребят в возрасте от 3 до 14 лет. Принимали детей, приезжавших в район на железнодорожной станции в Нерехте и в посёлке Космынино Нерехтского района. В настоящее время на железнодорожной станции в Нерехте открыта мемориальная доска, говорящая о том, что здесь в годы Великой Отечественной войны принимали детей из осаждённого Ленинграда.

Очевидцы событий вспоминали, что со всех колхозов Григорцевского сельского Совета собирали, снаряжали лошадей за эвакуированными детьми. Обоз из 25-30 подвод отправился в Космынино с вечера, чтобы успеть к поезду, прибытие которого ждали в 3 часа утра. Эвакуированных принимали прямо из вагонов. Некоторые дети спали, и их перекладывали на подводы прямо сонными. Взрослые, прибывшие с детьми, выглядели настороженными и уставшими. Встречающих предупредили о том, что детям нельзя давать много еды. Все дети были острижены наголо, девочки были одеты в ситцевые платьица, а мальчишки в тёмные рубашки.

Бывшая учительница Григорцевской школы Крапивина Надежда Фёдоровна поделилась своими воспоминаниями о детдомовских детях. Сама она была ещё маленькой, но её мама, Крапивина Галина Григорьевна, работала учительницей в школе и воспитывала эвакуированных ребятишек.

«...Я была ещё слишком мала, чтобы запомнить многое из рассказов мамы, но кое-какие воспоминания остались очень яркими. Мама рассказывала, что приехавшие дети выглядели очень бледными и худыми. Все в селе жили трудно, но внешний вид эвакуированных отличался от того, как выглядели местные жители. В помещениях, где жили дети, были созданы хорошие условия: вымытые и покрашенные окна, кровати, застеленные с белыми простынями, широкие столы для проведения занятий. Хорошо было организовано питание. В рационе всегда было молоко, часто варили каши и мясные блюда. Уже через год пребывания в Григорцеве многие дети заметно поправились и выглядели здоровыми, румяными.

Несмотря на трудности военного времени, для детей была построена баня, она стояла неподалёку от здания школы на берегу реки Корбы (в настоящее время в селе рядом с эти местом находится жилой дом семьи Стрибуновых). Баня была маленькая, но очень тёплая, потому что в ней стоял огромный котёл. В послевоенные годы в помещении бани был создан крольчатник, в котором школьники ухаживали за кроликами (их было более 100 штук).

Директор детского дома Лия Соломоновна Фридман очень заботилась о детях. У неё самой была большая семья, и в детском доме она старалась создать дружественную и спокойную атмосферу. Во время жизни в Григорцеве детдомовцы не были замечены в воровстве и хулиганстве. Был один случай кражи овощей с огорода местного жителя, но выяснилось, что кражу эту совершил соседский мальчишка на спор со своим товарищем.

Детдомовские дети учились вместе с деревенскими в общих классах. Учителя рассказывали, что ссор и драк не было. Может быть, общие трудности заставляли относиться друг к другу миролюбиво. Школа в Григорцеве в годы войны была только начальная и некоторые дети, закончившие 4 класс, ходили учиться в соседнее село Рождествено (в двух километрах от Григорцева, на территории Ярославской области).

Во время летних каникул воспитатели с детьми старались больше находиться на природе, часто ходили в походы. В свободное время детдомовские и деревенские дети играли вместе, обычно рядом со школой, так как далеко ребят из Ленинграда старались не отпускать. Более свободно гулять по селу могли те, кому было 12-14 лет».

Удивительно, но жители села относились к детям очень доброжелательно. Многие воспринимали их, как своих собственных детей. Анна Матвеевна (фамилия не сохранилась), работавшая в детском доме поваром, говорила, что согласилась работать для того, чтобы любой ценой сохранить жизнь детям. Сама она приехала в Григорцево с вологодской земли, её муж погиб на фронте, и она очень переживала, что дети из Ленинграда могут потерять своих родственников.

Иногда за детьми приезжали в Григорцево их родители. Забирали детей те, кому удалось выехать из Ленинграда в безопасные районы и те, кто возвращался с фронтов Великой Отечественной войны. Провожать уезжающих выходили всем детдомовским коллективом, приходили и некоторые жители села. В такие моменты плакали все от радости и от волнения.

К сожалению, многие документальные материалы из истории детского дома не сохранились, так как школа в Григорцеве несколько раз переезжала из одного помещения в другое. Активная работа по переписке учащихся школы с бывшими детдомовцами была прервана в 90-е годы XX века.

Вернуться назад