«Горе и голод в Завражье преодолевали общими усилиями»

Из воспоминаний Татьяны Ивановны Корневой и Владимира Николаевича Афонова

У нас в селе Завражье было два детских дома. Это Витебский детский дом номер один и Ленинградский детский дом номер два.

По воспоминаниям Татьяны Ивановны Корневой, в 1941 году привезли из Витебска в Завражье детский дом, где находились умственно отсталые дети. Спустя год сюда были эвакуированы дети из блокадного Ленинграда. Детдом № 1 просуществовал около пятнадцати лет.

По воспоминаниям Владимира Николаевича Афонова и Галины Александровны Голубевой, детский дом № 1 находился в Заливенках (деревня, которую затопило в период образования Горьковского водохранилища).

Занимал он здание бывшего волосного исполкома, дом, в котором родился Андрей Тарковский. Это было двухэтажное здание с винтовой лестницей на второй этаж.

А Ленинградский детский дом находился около здания Завражной школой, в здании Балабанова дома. Сейчас в том здании, тоже перенесенном из затопляемой зоны, находится администрация села Завражье.

В Витебском директором был Антон Моисеевич Мосс. Затем Антона Моисеевича перевели в Иваново, и на его место была поставлена Мария Григорьевна Евдокимова. Вскоре ее перевели в Юрьевец, а директором в конце сороковых годов поставили Екатерину Даниловну Бобровскую. Первым поваром была Маша Заухина, вторым — Клава Железнова, кладовщиком работала Катя Худакова, учителем — Виктор Александрович Костылев, художественным руководителем был Лев Михайлович Гаут. Кто еще работал в детских домах, В.Н. Афонов и Г.А. Голубева не помнят. В Ленинградском детском доме директором был Николай Петрович Афонов.

Как рассказывал Владимир Николаевич Афонов, при Ленинградском детском доме была своя конюшня, правда, там стоял бык, «упрямый» до невозможности; свой огород, свой склад, свой колодец. Все это появилось и обосновалось, когда детей привезли, а привезли их во второй половине лета. Кормили, по словам Владимира Николаевича, плохо. Где брали продукты? Во-первых, сажали огород; во-вторых, государство помогало выделением денег и продуктов. Как только детей привезли, селяне стали приносить кто что мог. Год был огуречным, и поэтому принесли очень много огурцов, приносили картошку, подкапывали ее еще не доросшую, приносили лук. Таким образом жители села Завражье относились к детдомовцам с сочувствием, и поэтому, чем только могли, скрашивали их жизнь.

Весной, как только сходил снег и вырастала трава, дети из детских домов ходили и собирали вдоль Немды дикий лук и чеснок на зиму, щавель. Об этом вспоминает Галина Александровна Голубева.

Дров не хватало, поэтому дети и взрослые заготавливали их сами. Автомашин не было, тракторов было мало, их берегли как зеницу ока. Возили все на быках. По воспоминаниям В.Н. Афонова, бык был очень упрямый, и вот однажды работники детского дома и Владимир Николаевич поехали в Юрьевец за продуктами и одеждой для воспитанников. Ехать нужно было до реки, а через нее на пароме. На переправе собралось около трехсот лошадей. Паром перевозил всего двадцать-тридцать лошадей по сорок-пятьдесят минут. Пока они переплывали, бык улегся и лежал, а когда приехали на другой берег, то никто не мог поднять его. Мужики взяли длинные прутья и били. Сами выбились из сил, а бык все лежал. Тогда мужики взяли солому, подожгли ее у быка под хвостом, тот  сразу вскочил. На обратном пути бык, видимо, так сильно хотел домой, что протаранил всех лошадей, кого за собой тащил, повозки переворачивая, и только перед паромом его смогли остановить.

Школы работали в две смены. Освещались как школы, так и детские дома лампами. Пять ламп на один класс. Одна на четыре парты. После уроков многие детдомовцы, по воспоминаниям В.Н. Афонова, занимались в разных кружках. Все дети были пионерами. Благодаря тому что деревенские и ленинградские дети учились вместе, многие пионерские сборы, смотры проходили исключительно интересно. Сборы посвящались героям Отечественной войны и Гражданской, пионерам-героям. Особенно дети любили пение. Руководил кружком Сергей Тимофеевич Данилов. Он приехал в Завражье в конце войны. В Завражье было два хора: школьный и детдомовский. Оба исполняли песни на четыре голоса, а ленинградский пел даже на шесть-восемь партий. Лучших хористов из школьного приглашали в детдомовский хор для поездки на ответственные выступления и смотры художественной самодеятельности в Юрьевец и Иваново. Исполняли следующие песни: «Кантата о Сталине», «Карельская песня о Сталине» и т.д.

Владимир Николаевич рассказывает: «Я помню комсомольское собрание в седьмом классе. Каждый выступал и  говорил все, что думал, вступать в комсомол было очень трудно, принимали не всех». Старшей пионервожатой была Нина Георгиевна Станиславова. Всегда она была с озабоченным лицом, в белой кофточке, красном галстуке.

Какие праздники организовывали сами для себя, особенно новогодние! Десять песен знали все, каждый готовил свой номер. Игрушки все были самодельные на елке.

Витебские дети в сельской школе не учились, у них в детском доме были свои классы для занятий. Лев Михайлович Гаут сначала в детском доме, а позже в Доме культуры организовал кукольный театр. Этот театр, по мнению В.Н. Афонова, был намного лучше, чем в Горьком, в Костроме. Куклы Лев Михайлович делал сам из папье-маше, сам раскрашивал, шил одежду, учил детей водить кукол. Это он — Лев Михайлович Гаут — организовал в Завражном доме культуры лучший самодеятельный и драматический театр в  Ивановской области. Костюмы постановок, хора и танцевального коллектива шили под его руководством. Он их расписывал сам.

В.Н. Афонов вспоминает: «При нем мы узнали, что такое декорации, узнали название элементов сцены и многое другое. Эти люди оставили свой след в истории Завражья, как носители высокой культуры, которые хотели сделать и сделали нашу жизнь богаче и светлей».

По воспоминаниям Татьяны Ивановны Корневой, она работала инструктором по швейным делам: дети многое делали сами: шили наволочки, вышивали. Брали заказы у работников, накопили денег и купили еще две машины, т.к. машин было мало. На швейный кружок шли не только девочки, но и мальчики. В Витебском детском доме был свой огород, который пахали и сажали своими силами, лошадей берегли, было очень тяжело, все делали вручную. Татьяна Ивановна вспоминает, что, когда они пахали, двое тащили плуг впереди, а трое шли за ним.

С самого начала, вспоминает В.Н. Афонов, ленинградские дети отличались от нас, деревенских, своей развитостью, культурой, выдержанностью; учились на «хорошо» и «отлично». Вообще они оказывали огромное положительное влияние на Завражье и детей.

С приездом детдомовцев в Завражье научились играть в волейбол. Были две волейбольные площадки.

Также Владимир Николаевич рассказывает: «Гуляли мы все вместе и не было разницы — умный ты или дурак — все были равны! Деревенским детям на день давали граммов сто хлеба, хоть сразу ешь, хоть на весь день растягивай. Конечно съедали все сразу и, когда ребята из Витебского детского дома шли из столовой, завражные дети вставали у ворот и кричали: «Дай кусочек, дай кусочек», А весной находили на поле картошку, разжигали костры и пекли «тошнотики» из прошлогодней картошки а черемухой объедались так, что потом приходилось идти в больницу. Порой дети из детских домов убегали гулять с нами — деревенскими ребятишками, и воспитатели ничего не знали. Искали, находили, но никогда не ругали их сильно и не наказывали, просто волновались, боялись, что с ними чего-нибудь случиться».

Записала Светлана Рослова
Вернуться назад